Взгляд сбоку

06.11.2013

Виестурс  Аболиньш
Латвия

Виестурс Аболиньш

Аналитик маркетинговых и социологических исследований

Кто в Латвии хозяин?

У нас есть государство. Часть 2

Кто в Латвии хозяин?
  • Участники дискуссии:

    55
    204
  • Последняя реплика:

    больше месяца назад

Продолжение. Начало — здесь


За 20 лет укрепилась внешнеполитическая безопасность нашего государства — сегодня трудно представить вторжение в Латвию — участницу НАТО и ЕС. Почему же у «важного» конца латвийской элиты не исчезает страх, почему возрастает потребность политически «латышизировать» «русскоговорящие» отрасли экономики?

В этом вопросе кроется что-то очень неладное, о чем не принято открыто говорить. Обратим критическое внимание на то, как «важный» конец латвийской элиты воспринимает свои взаимоотношения с государством — что готов сам принять на себя ради государства и что хочет получить от государства. Некоторые высказывания дают  суровую иллюстрацию ситуации:

 
  • „Мы же большей частью здесь, в Риге, селяне. Я представляю селянскую идеологию во всем — и в хозяйственной политике, и в политике партий. ... Нет, рижская стихия меня не интересует. Я живу вроде бы как в изоляции, закапсулированно. Среди интеллигенции я еще хоть сколько-нибудь вращаюсь, а фабричные люди, например, меня никогда не интересовали. В конце концов я уже настолько плюралистично тратился по пустякам, что нехватало еще того, что мне, якобы, необходимо знать обо всем. Я не хочу. Есть такие вещи, которые я не хочу знать” — поэт Имантс Зиедонис (интервью журналу Rīgas Laiks, 1995 г., Nr.4.)
     
  • „Я знаю, что все горит, что нужно оптимизировать расходы, нужно увольнять людей, которых “напринимали” в результате экономического «насоса», нужно, нужно. Но я также знаю, что настало время осознать какую-то чрезвычайно важную вещь. Очень точно ее в одном из интервью сформулировал Марцис Бендикс — Латвия по определению не может быть экономическим государством, это идеологическое образование. Экономика у нас для того, чтобы люди могли здесь жить и поддерживать живой свою идентичность, культуру, язык. В этом единственный смысл нашего маленького государства — сохранить себя, передать себя следующим поколениям, выдержать. Смысл имеет только культура, идентичность. Остальное все создано, чтобы мы могли себе это позволить, чтобы мы могли позволить себе сохраниться” — так считает писательница и консультант по коммуникации брендов Инесе Апсе-Апсите [1].
     
  • «Ясно, что каждое государство заботится о своих жителях, об их благополучии и безопасности. Но что придает государству его особый смысл? Что придает смысл существованию Латвии? Что отличает Латвию от Польши, Эстонии, России или Испании? Это латышскость (latviskums). Смысл существования ни одного другого государства в мире не включает защиту, сохранение и развитие латышского языка и культуры. Эта миссия присуща только нашей земле с ее 64 тысячами квадратных километров. Латвия не может быть никакой другой, кроме как латвийской (latviska).” — Райвис Дзинтарс, сопредседатель Национального объединения, („Письмо русским, белорусам и украинцам Латвии...” [2]).

     
В этих мнениях проявляется противоречие в представлениях «важнейшей» части латвийской элиты о государстве:
 
  1. С одной стороны, именно латышская (latviskā) часть элиты Латвии имеет уникальную ценность, ибо именно эта часть элиты поколеними хранит государственное сознание и сама символически воплощает в себе смысл государственности. Латышская (latviskā) часть элиты поддерживает латышскую  (latviskо) коммуникационную среду, в которой общество живет своей государственной жизнью — дискутирует об актуальных государственных темах, принимает законы и строит справедливые социальные отношения. Поэтому латышский язык всем жителям Латвии служит в роли государственного языка.
     
  2. С другой стороны, консервативная часть латышской элиты заботится главным образом о самосохранении, не чувствует интереса к государственным экономическим вопросам, не гордится достижениями „нелатышских” отраслей и их вкладом в развитие Латвии, не интересуется сохранением и воспроизводством трудоспособности „нелатышской” части жителей в последующих поколениях. Отсутствию интереса и отчужденности не мешают даже успехи «нелатышской» части жителей в освоении латышского языка. Возможно, что говорящих по-латышски „нелатышей” консервативная часть латышской элиты воспринимает как нежелательных для себя конкурентов в воплощении смысла существования латвийской государственности. Как помеху в диктовке своего «правильного смысла государственности» консервативная часть элиты воспринимает и «обрусевших» латышей, работающих в «русских» отраслях. В качестве вознаграждения за свою уникальную государственную ценность консервативная часть элиты барственно требует себе политически престижные и хорошо оплачиваемые государственные должности, на которых сама не способна принимать государственные решения.
     
  3. Непонятно — кто рискнет на государственном языке открыто и конструктивно говорить об объективных противоречиях интересов в латвийском капитализме? Кто и каким образом государственно объединит различающиеся и отчужденные группы интересов — хранителей государственного сознания и «ненужное» этим хранителям сознания экономически активное большинство жителей государства? Каким образом отношения, направляемые стихийным потоком эмоций, приведут жителей Латвии к экономическому благополучию?

     
Для людей, символизирующих собой идею государственности, это большой, но трудно решаемый вызов. Этот вызов хорошо осознает депутат Европарламента от Национального объединения «Вису Латвияй — ТБ/ДННЛ» Робертс Зиле: «Объективно национальное объединение после объединения с «Вису Латвияй» сейчас в обществе больше ассоциируется с решением языкового вопроса. Само по себе это не является чем-то плохим, но одного этого недостаточно. Поэтому очень важен вопрос — как Национальное объединение будет развиваться в будущем, останется ли оно партией одного вопроса, или сможет дать свои предложения и по другим вопросам, в том числе в экономической и социальной политике» [3].

Очевидно, что «партия одного вопроса» упустила 20 лет существования государственности и по закономерным, а не случайным причинам не сможет предложить обществу Латвии видение развития государственности. Многочисленные «желатели»  национально-консервативной Латвии не станут строителями государства, ибо считают, что не латышской элите следует отвечать за свою Латвию — государство в составе НАТО и ЕС, а русским в благодарность за проживание в Латвии следует заботиться о благосостоянии латышской элиты, так же, как России положено заботиться о вепсах, инграх, мери, эскимосах, чуди, северных поморах и др. (см. screenshot, отражающий оценку этого мнения в комментариях к одной из статей газеты „Diena” [4] о государственном языке).




«Цитата
 
Линдерман: Сейчас главная цель, готовясь к референдуму, это «завоевать симпатии латышей»

Не думаю, что этого можно достичь, объявляя государственный язык России государственным языком Латвии и разворачивая лингвистический геноцид против латышского языка.

Вепсы, ингры, мери, эскимосы, чудь, северные поморы, муромцы, воты, писавы, гуры, айны, пермяки, сарты, сойты, пеласги и др., десятки народов. Это народы, которые когда-то проживали на территории теперешней России. Наводняя территории этих народов русскоговорящими колонистами и реально вводя русский язык как государственный, упомянутые народы по сути исчезли, так как не могли конкурировать с лингвистическим геноцидом огромного русского этноса, хоть и было провозглашено равноправие всех языков. Теперь начат аналогичный военный поход против народов, живущих по соседству с Россией. С целью лингвистически уничтожить нерусских. Без стрельбы, высылки и т.п., но всего лишь проповедуя равенство при лингвистическом перевесе сил. Такой военный поход сейчас по сути объявлен и против латышского языка. Со временем уничтожить его полностью, естественным образом всех русифицируя».


Публичным и громким стал долго тлевший в терпеливой сдержанности конфликт интересов между «заслуживающим внимания» концом интелектуальной элиты Латвии и остальными «тоже образованными». Мировой экономический кризис ускорил созревание внутриполитического кризиса в Латвии. В ушедшем 2011-м году в разных формах протеста — и голосуя за роспуск 10-го Саэйма, и собирая подписи за признание значимости русского языка — выразилась наша общая убежденность, что в условиях кризиса двойные стандарты неприемлемы. «Значимой» части элиты больше не положена  большая  часть государственной власти, не положены благодарственные почести и престижное благополучие за невыполненную работу государственного созидания.

Пользуясь настоятельно поучающим и упрекающе требовательным тоном коммуникации, «значимые» круги общества надеялись еще долго жить на положении «хитрого и богатого брата», распоряжающегося в своих интересах «сильным и умелым братом». Но такие отношения бывают только в сказках. В жизни не удается барственным тоном долго общаться с сильным соседом. Более надежной основой долговременных отношений служит взаимоуважение, чувство равноценности и совместная ответственность за латвийскую государственность.

Человечески мелочным «идеологам государственности» укрепление ответственности, взаимопонимания и взаимоуважения кажется обременительным, лично невыгодным и ненужным занятием. 20 лет именно лидеры «значимых» кругов твердили, что «латыши правые», а «русские левые», что каждый должен голосовать «за своих», что неприлично быть вместе с «чужими».

«Латышские» партии никогда целенаправленно не конкурировали за голоса латвийцев (par latvijiešu balsīm), а запугивали своих избирателей тем, что „русские идут» в политику. В свою очередь, воинственный клич «русские идут!» кратковременно помог мобилизовать русских избирателей, но в долговременном восприятии тормозил развитие взаимопонимания, взаимоуважения и чувства общей ответственности за государство.

Популяризированное Янисом Райнисом и употребляемое мэром Риги Нилом Ушаковым слово «латвийцы» звучит непривычно и вызывает кривые гримассы у «значимого» конца элиты. Формирователям государственного смысла более уместным кажется употребление отрицающе-отчуждающего слова «нелатыши», которое ассоциируется с отсутствием положительных качеств и невольно напоминает слова «негодяи», «нелюди», «недостойные» и т.п.

Необходимо менять взаимоотношения, угрожающие благополучию и будущему жителей Латвии. Очевидно, что хозяевами и распорядителями в Латвии будут те, кто смогут строить надежные отношения в обществе. В заключительной статье мы рассмотрим возможности политических сил в строительстве таких отношений.


Ссылки:
[1] http://www.diena.lv/lat/business/blog/inese-apse-apsite/svilst-bl
[2] http://www.diena.lv/latvija/zinas/raivja-dzintara-vestule-latvijas-krieviem-baltkrieviem-un-ukrainiem-13915752
[3] http://www.delfi.lv/news/national/politics/zile-na-pec-apvienosanas-asociejas-ar-valodas-jautajumu-turpmakai-partijas-attistibai-ar-to-bus-par-maz.d?id=41991942
[4] http://www.diena.lv/latvija/politika/parakstu-vaksana-par-krievu-valodu-piedalijusies-183-000-veletaji-13918223?cp=1

Подписаться на RSS рассылку
Наверх
В начало дискуссии

Еще по теме

Балаш Ярабик
Словакия

Балаш Ярабик

Политолог, внештатный сотрудник Фонда Карнеги

Пока мне нравятся те реформы, которые происходят в Беларуси

Виестурс  Аболиньш
Латвия

Виестурс Аболиньш

Аналитик маркетинговых и социологических исследований

Что я, латыш, делаю в партии Saskaņa?

У нас есть государство. Часть 3

Виестурс  Аболиньш
Латвия

Виестурс Аболиньш

Аналитик маркетинговых и социологических исследований

У нас есть государство

А кто это — «мы»?

Лато Лапса
Латвия

Лато Лапса

Независимый журналист

Пара слов для будущего пушечного мяса

Кафкиана по-латвийски

Я с Александром люблю дискутировать, потому что его взгляд на вещи хоть и несколько с другой колокольни, но он всегда обосновывает, а следовательно есть пища для дискуссии как тако

Латвия пустеет

Да ладно, да ладно, не волнуйтесь так. Вам, разумеется, виднее, кем я себя считаю, да и по всем остальным вопросам тоже.

Какими будут войны будущего

А ещё странно, откуда у журналиста такой тон превосходства над генералами, это что-то личное?)

Американцы провоцируют конфликт России и Беларуси

Что вы говорите?! А как же Гитлер напал? По воздуху перелетел? Ах ещё и в собственных границах... Ну так и Гитлер тоже был в точно таких же собственных границах. Правда совести у н

13 октября день освобождения Риги

Можно вопрос? В чем Вы меня не поддерживаете? У нас с Ильей уже годовалый спор на тему кто виноват в большевистких репресиях. Когда он тогда(год-полтора назад ) очередной раз плю

Мы используем cookies-файлы, чтобы улучшить работу сайта и Ваше взаимодействие с ним. Если Вы продолжаете использовать этот сайт, вы даете IMHOCLUB разрешение на сбор и хранение cookies-файлов на вашем устройстве.