Лечебник истории

14.06.2020

Сергей Юрьевич Пантелеев
Россия

Сергей Юрьевич Пантелеев

Политолог, директор Института Русского зарубежья

Ленин и МЫ. К 150-летию Вождя Русской революции. Часть 3

Ленин и МЫ. К 150-летию Вождя Русской революции. Часть 3
  • Участники дискуссии:

    11
    17
  • Последняя реплика:

    больше месяца назад


Часть 1. Ленин и Вирус. К 150-летию Вождя Русской революции
Часть 2. Ленин и Культ. К 150-летию Вождя Русской революции

В 2001 году, отвечая на вопросы журналистов о своем отношении к идее выноса тела Ленина из Мавзолея, Владимир Путин четко определил свою позицию по этому вопросу, которой придерживается до сих пор.

Высказавшись против этой идеи, Президент России объяснил это тем, что для многих людей «захоронение Ленина будет означать, что они поклонялись ложным ценностям, что ставили перед собой ложные задачи и что их жизнь прожита зря». Он, как лидер страны, исходит из необходимости «гражданского спокойствия и консолидации общества», а «действия подобного рода» могут привести к «деструктивному состоянию, которое мы уже переживали» и это будет мешать «реальной модернизации России».

При этом Владимир Путин заметил, что с изменением сознания подавляющего большинства населения, будет выполнена воля народа России, «а какая она будет, мы посмотрим в будущем».

Позже Путин несколько раз высказывался с оценкой исторической роли Ленина, которая, по его мнению, была негативной. В 2016 году резонансно прозвучало его заявление о том, что Ленин «заложил атомную бомбу под здание, которое называется Россией».

В 2019 г. на «Большой пресс-конференции», Президент дал развернутую характеристику своего отношения к этому вопросу. По мнению Путина, Ленин «был скорее не государственный деятель, а революционер», который превратил складывавшееся тысячелетие российское государство «в конфедерацию фактически, с правом выхода и с привязкой этносов к территории», в результате чего «сразу возникли болевые точки», существующие и сейчас «между бывшими республиками Советского Союза»… «и даже внутри Российской Федерации».

Так, по словам Путина, в ходе создания СССР Украине «со странной формулировкой «для повышения процентного соотношения пролетариата» были переданы «исконно русские территории», которые к ней никогда не имели никакого отношения (всё Причерноморье, западные земли российские) «и теперь мы с этим разбираемся».

Также Президент в качестве негативного момента отметил, что большевики «связали будущее страны со своей собственной партией» и «как только партия затрещала, начала рассыпаться — за ней начала рассыпаться и страна». По мнению Путина при создании СССР совершенно не учитывались геополитические составляющие и это была «абсолютная, кардинальная, фундаментальная ошибка при государственном строительстве».

При этом по поводу идеи выноса тела Ленина из Мавзолея Путин снова высказался фактически так же, как в самом начале своего правления: 

«Не нужно трогать, во всяком случае до тех пор, пока есть, а у нас есть очень много людей, которые с этим связывают свою собственную жизнь, свою судьбу, связывают с этим определённые достижения прошлого, советских лет… Надо просто идти вперёд, и всё, и развиваться активно».

Для того чтобы дать полную картину отношения Путина к Ленину, нужно также вспомнить его рассуждения о религиозной составляющей ленинского культа.

В 2018 г. в интервью для фильма «Валаам», показанному по государственному ТВ, Путин сравнил тело Ленина в Мавзолее с традицией хранения святых мощей, отметив, что советская власть «ничего нового… не придумала», а «просто приспособила под свою идеологию то, что человечество давно уже изобрело». Президент обратил внимание также на то, что в «жесткие богоборческие годы, когда уничтожали священников, разрушали храмы» большевики «одновременно… создавали новую религию».
 
В целом отношение Путина к Ленину можно назвать негативным, но прагматичным.
При том, что идеологически они — антиподы, Владимир Владимирович, в отличие от Владимира Ильича, не считает нужным устраивать показательные кампании по борьбе со старыми культами, до сих пор важными для значительного числа населения. Время все расставит по своим местам. Ну, а там, где Ленина слишком много, можно и фанерку поставить. Эта политика «мягкого вытеснения» Ленина из общественно-политического пространства России казалась вполне эффективной на протяжении долгих лет.

Но в последние годы с образом Вождя стали возникать новые коллизии.Примечательно, что за все годы «путинской стабильности» на российском киноэкране не возникло каких-то значимых киновоплощений образа Ленина. Лишь в 2017-м, в год 100-летия Революции, современный отечественный телезритель увидел двух «новых Лениных» — Евгения Стычкина в сериале «Троцкий» и Евгения Миронова в сериале Владимира Хотиненко «Демон революции». Позже, в 2019 г., Хотиненко перемонтирует сериал, посвященный роли Парвуса в революции в полнометражный фильм «Ленин. Неизбежность».


Евгений Миронов в роли Ленина в фильме Владимира Хотиненко «Ленин. Неизбежность»

Обе роли объединяет то, что Ленин показан персонажем, конечно, скорее отрицательным, но… живым. Умным, хитрым, изворотливым — настоящим политиком. Особенно это касается роли Миронова, до этого сыгравшего… князя Мышкина и Достоевского. Сам Владимир Хотиненко подчеркивал, что рассматривает фильм «Ленин. Неизбежность» как продолжение недавно поставленных им «Бесов» по роману великого русского писателя.

И самое главное, на мой взгляд, событие, связанное с современной трансформацией образа Ленина, произошло в том же 2017 г. именно в литературе. В год столетия Революции в издательстве «Молодая гвардия» в серии «Жизнь замечательных людей» вышла книга Льва Данилкина «Ленин. Пантократор солнечных пылинок», переизданная там же в 2018 г. вторым изданием. Это была вторая биография Ленина, вышедшая в знаменитой серии ЖЗЛ.

Причем первая была опубликована вовсе не советские времена, как можно было бы предположить — видимо культ «самого человечного человека» не позволял поставить его в один ряд с простыми «замечательными людьми». Но в вышедшей в 2003 г. в ЖЗЛ книге англичанина Роберта Пейна «Ленин. Жизнь и смерть», впервые изданной в Британии аж в 1964 году, Ленин уже ставился в один ряд с такими именами, «как Навуходоносор, Чингисхан, Тамерлан…».

Публикация же спустя 14 лет в ЖЗЛ биографии Ленина работы Данилкина свидетельствовала, помимо прочего, и о том, какой путь прошла наша страна за это время.
 

«Ленин был великий велосипедист, философ, путешественник, шутник, спортсмен и криптограф. Кем он не был, так это приятным собеседником, но если Бог там, на небесах, захочет обсудить за шахматами политику и последние новости — с кем еще, кроме Ленина, ему разговаривать?», — так представляет свою книгу некогда российский шеф-редактор журнала Playboy, а ныне редактор отдела культуры «Российской газеты», выпускник филфака МГУ Лев Данилкин.
 

«Если считаем Ленина взломавшим Историю хакером — должны допустить, что История несовершенна и нуждается в созидательном разрушении… Снесите все статуи и запретите упоминать его имя — история и география сами снова генерируют «ленина», — подобные сентенции на фоне в общем-то господства антиленинской риторики выглядели, как минимум, свежо.


Лев Данилкин с изданиями своей книги о Ленине. Фото — gvardiya.ru
 
Но главное, пожалуй, в другом. «КТО ТАКОЕ ЛЕНИН? Он — вы», — такой ответ Данилкина на им же поставленный фундаментальный вопрос, на мой взгляд, вполне соответствует содержанию книги. И не только.
Кто-то обвинил книгу Данилкина в постмодернизме… но, по мне, это как обвинить рыбу в том, что она живет в воде. Удивительно, но именно через постмодерн Ленин, исчерпавший весь свой модерный запал, возвращается к жизни через созданный новым биографом образ эдакого хипстера конца XIX века, или через запущенные в том же 2017 г. стикеры популярного во всем мире «диссидентского» российского мессенджера Telegram, которым так активно пользуются хипстеры XXI века.


Рекламный постер российского мессенджера Telegram

В провальной постмодернистской рок-опере Андрея Кончаловского и Михаила Швыдкого «Преступление и наказание» по роману Достоевского в каморке Раскольникова на стене рядом с плакатом Гарика Сукачева висит большое изображение Ленина-Гриба. И, пожалуй, именно эти двое — самые живые на сцене.


Сцена из рок-оперы Андрея Кончаловского «Преступление и наказание»

Возвращаясь к этому образу, созданному в свое время с целью низвержения Ленина, мы с удивлением можем признать, что Ленин, разложившись, по слову Егора Летова, «на плесень», пророс в грибницу, и мы все, действительно, часть этой грибницы, как бы кому это не нравилось. А если вспомнить, что, помимо гриба, Курехин утверждал, что Ленин — еще и радиоволна, то постмодернистское сознание тут же докрутит этот образ до актуального технологичного воплощения.

В свое время забавный фильм «Хоттабыч» постмодернистски обыграл любимую многими поколениями советских детей киносказку «Старик Хоттабыч», «оцифровав» вылезшего в наши дни из лампы знаменитого джина в героя компьютерных игр… Примерно такая же коллизия происходит на наших глазах с Лениным, оживающим как интернет-мем, герой демотиватора, постмодернистский миф новой «продвинутой» молодежи.
 

За долгий период «путинской стабильности» выросло целое поколение молодых, активных, в меру циничных и в меру образованных молодых людей, не знающих всего того, что знают хорошо их родители и дедушки с бабушками — ни кошмара 90-х, ни гниения 80-х, а уж глубже — одни сплошные мифологические напластования о «добром Брежневе», «тиране Сталине» и… «один дедушка Ленин хороший был вождь…».
 

Эти слова о Ленине из знаменитой песни Егора Летова и их нынешнее восприятие наглядно демонстрируют данную коллизию. Написанные еще в «антисоветский период» творчества иконы русской контр-культуры и пародийно изображающие восприятие советским обывателем действительности с экрана советского телевизора, они и ранее воспринимались скорее как похвала Ленину, а сегодня, с отсутствием контекста — и подавно.

При этом Егор Летов для современных молодых российских леваков становится примерно тем, кем был для их сверстников второй половины ХIX века Николай Чернышевский — символом протеста против «прогнившей системы», природы которой они не понимают и понимать не хотят.


Современное творчество масс с просторов Интернета

«Кто такие левые?», — задается вопросом на страницах популярного сетевого журнала о молодежной культуре «продвинутый» современный комсомолец. И отвечает: «Чтобы понять это, нужно посмотреть на ютубе любой видеоролик с концерта Егора Летова времен «русского прорыва». Те, кого мы увидим в зрителях — это старые «леваки». А где же искать новых? В комментариях под видео. «Егор, вставай, буржуи оборзели!», «Как жалко, что ты не дожил!». Вот они. Новые. Левые. Молодые. Старые «леваки» успели застать Летова живым, новые смотрят записи с его концертов».

«Ленин — это национальное достояние России и его юбилей должен отмечаться на государственном уровне. Где вы еще найдете нашего соотечественника, который, без преувеличения, на практике перевернул ход развития истории во всем мире, и, параллельно, оставил после себя колоссальное теоретическое наследие, во многом актуальное и сегодня?», - пишет в авторской колонке респектабельного интернет-ресурса один из самых известных лидеров современных российских «новых левых». И заключает: «Ленин смог — сможем и мы!».

Рост популярности левых идей и политической активности среди молодежи удивительным образом совпал как со столетием Русской революции, так и с окончанием долгого периода «стабильности». Уже к концу 2018 г. социологи стали отмечать, что «в России растет запрос на новую левопопулистскую партию», но приходится сомневаться в том, что привычный политтехнологический властный инструментарий «партстроительства» позволит обуздать эту волну.

В ее основе — российские реалии социального неравенства, вернувшегося на уровень дореволюционной России, резкое снижение доходов большей части населения, связанного с общемировым кризисом, но болезненно обостряющимся в народном восприятии нарочитым нежеланием «хозяев жизни» нести его тяжесть вместе с «массами».
 
Присущая русским жажда социальной справедливости на фоне зримых примеров «зажравшихся» и «оторвавшихся от народа» элит — питательная среда для возрождения популярности Ленина, который ныне выступает даже не как «теоретик и практик», а как знамя, символ, идея «униженных и оскорбленных».
И инструмент для эксплуатации этого общественного запроса теми, кто готов будет «преступить» по-ленински, без «сентиментов» и «морализующей блевотины».

В стремлении простыми методами решить сложные вопросы, за короткий исторический срок «изменить мир», быть готовым заплатить за «отложенное человеческое счастье» человеческими жизнями, оправдываясь «классовыми», либо какими-то иными принципами — в этом ленинском историческом нетерпении каждый из нас, русских, тогда, когда мы, устав от «мерзостей действительности», решаем, «а гори оно все синим пламенем», должен увидеть самого себя.

В этом смысле Ленин, действительно, глубоко русское явление. Особенно опасное тем, что многие русские патриоты, вполне тяготеющие к «ниспровержению» и прочим ленинскими методам, принципиально отказываются увидеть Ленина в себе.

На этом месте читатель, скорее всего, решит, что автор, к концу статьи, решил отойти от «срединного» подхода в оценке исторической роли Владимира Ильича, завершив на миноре...Нет. Ведь мой предыдущий пафос — вовсе не о Ленине. А о нас, с нашими широкими просторами, страстями и соблазнами. С нашим тяготеющим к крайностям русским национальным характером, одним из наиболее ярких воплощений которого был Владимир Ильич Ульянов, известный всему миру как Ленин.

Я всего лишь считаю, что сегодня не время «ленинские лозунги развихрь». Сегодня — время не углубления, а преодоления русских расколов, время сшивания единого тысячелетнего полотна русской истории, время долгой и тяжелой работы собирания разбросанных по всему миру русских камней, работы, которую невозможно выполнить без усмирения нашей страстной русской натуры, жаждущей «воли».

Результатом же такой работы должно стать восприятие всех событий нашей богатой истории и всех великих личностей, эту историю творивших, как проявление русского духа, со всеми его достижениями, ошибками, победами и поражениями, грехами и молитвами.

P.S. «Неоспоримо и несомненно: Достоевский — гений, но это злой гений наш», — писал о Федоре Михайловиче Алексей Максимович Горький, в целом выражая большевистское отношение к творчеству великого русского писателя. Сегодня вполне уместно в этой фразе заменить имя писателя на имя политика, который, по словам Горького, «среди всех современных ему великих людей наиболее ярко воплощал в себе гениальность». «Диалектика», — как говаривал Ленин.
 


Подписаться на RSS рассылку
Наверх
В начало дискуссии

Еще по теме

Рустем Вахитов
Россия

Рустем Вахитов

Кандидат философских наук

Почему победа так значима для русских? Война и «русский вопрос» (Часть 2)

Вячеслав Бондаренко
Беларусь

Вячеслав Бондаренко

Писатель, ведущий 2-го национального телеканала ОНТ

Причины 100-летней давности трагедии на советско-польском фронте и ее итоги

Вячеслав Бондаренко
Беларусь

Вячеслав Бондаренко

Писатель, ведущий 2-го национального телеканала ОНТ

Вариант «русского Тайваня» в Крыму был нереальным

Александр Малнач
Латвия

Александр Малнач

Историк, публицист

Путин завизировал законность советизации Прибалтики в 1941 году

Мы используем cookies-файлы, чтобы улучшить работу сайта и Ваше взаимодействие с ним. Если Вы продолжаете использовать этот сайт, вы даете IMHOCLUB разрешение на сбор и хранение cookies-файлов на вашем устройстве.